Теория ВКО дает четкие обоснования роли воздушно-космической обороны по обеспечению безопасности государства в мирное и военное время.

Центробанк РФ повысил с 26 августа официальный курс доллара США почти на 12 копеек до 36,1201 рубля.

На юго-востоке Украины вокруг Донецка бои идут уже на всех направлениях. Артиллерия и установки "Град" украинских силовиков непрерывно обстреливают город и близлежащие районы. Накануне бойцам Национальной гвардии удалось взять под контроль стратегически важную трассу Горловка-Донецк.

Когда закончилась холодная война, Венгрия занимала особое место в истории революций 1989 года. Она была первой страной советской орбиты, отказавшейся от коммунизма и сделавшей выбор в пользу либеральной демократии. Сегодня она вновь является законодателем моды и становится первой европейской страной, осудившей либеральную демократию и отказавшейся от нее. Она принимает новую систему и набор ценностей, олицетворением которых является Россия Владимира Путина, и которые находят своих сторонников в других странах.

В своей важной речи на прошлой неделе премьер-министр Венгрии Виктор Орбан (Viktor Orban) заявил, что его страна намерена создать новую политическую модель — нелиберальную демократию (illiberal democracy). Я обратил на это внимание, поскольку в 1997 году написал статью для журнала Foreign Affairs, в которой использовал именно эту фразу для описания опасной тенденции. Демократические правительства, часто обладавшие популярностью, использовали свои мандаты для разрушения системы, основанной на уважении прав личности, разделении властей и верховенстве закона. Но даже я не мог себе представить, что появится национальный лидер — тем более в Европе, — который будет использовать этот термин в качества почетного знака.

«Наиболее популярной темой для размышлений сегодня является попытка понять, каким образом системы, которые являются не западными, не либеральными, не либеральными демократиями и, возможно, вообще не демократиями, могут, тем не менее, делать свои нации успешными», — отметил Орбан. С его точки зрения, мир фундаментальным образом изменился в 2008 году, после того, что он называет «великим западным финансовым коллапсом». С того времени, по его словам, влияние Америки уменьшается, а либеральные ценности сегодня представляют собой «коррупцию, секс и насилие». Западная Европа стала страной «нахлебников, расположившихся на спинах государственных систем всеобщего благосостояния». Нелиберальные модели для будущего, по его мнению, демонстрируют Россия, Турция, Китай, Сингапур и Индия.

Действия Орбана за последние пять лет — оставим без внимания его странный список (Индия?) — показывают, что его собственной предпочтительной ролевой моделью является Россия при Путине. Орбан разработал и осуществил в Венгрии версию того, что лучше всего можно назвать «путинизмом». Чтобы понять, о чем идет речь, нам нужно обратиться к его основателю.

Получив впервые в свои руки бразды правления в 2000 году, Путин казался жестким, умным, компетентным менеджером, человеком, решительно настроенным на то, чтобы добиться стабильности в России, страдавшей от последствий внутреннего хаоса, экономической стагнации и дефолта 1998 года. Он пытался интегрировать Россию в мировую систему и хотел установить хорошие отношения с Западом. Он обратился с просьбой к Вашингтону о поддержке вступления России во Всемирную торговую организацию и даже в НАТО. В его администрацию входили технократы, которые по своим убеждениям были либералами западного толка, хорошо разбиравшимися в свободных рынках и открытой торговле.

Со временем Путин установил порядок в стране, тогда как российская экономика в годы его правления бурно развивалась, а цены на нефть под его присмотром повысились в четыре раза. Он начал создавать репрессивную систему политического, экономического и социального контроля для поддержания своей власти. Столкнувшись с оппозицией, особенно в ходе парламентских выборов 2011 года, Путин осознал, что ему нужна не только грубая сила для того, чтобы побеждать своих оппонентов. Ему нужна была также идеология власти, и он начал формулировать ее в речах, в принимаемых законах, а также использовал свою власть для распространения приверженности по отношению к определенному набору ценностей.

Важнейшим элементами путинизма являются национализм, религия, социальный консерватизм, государственный капитализм и господство правительства в средствах массовой информации. Все они в той или иной мере либо отличаются от современных западных ценностей, основанных на правах личности, терпимости, космополитизме и интернационализме, либо враждебны по отношению к ним. Было бы ошибкой считать, что путинская идеология способствовала росту его популярности — он и до этого был популярен, — однако она придает устойчивость его популярности.

Орбан идет по пути Путина, он ослабляет судебную независимость, ограничивает права личности, использует националистические термины, говоря об этнических венграх, и зажимает рот прессе. Применяемые методы контроля часто оказываются еще более изощренными, чем традиционная цензура. В Венгрии недавно было объявлено о введении 40-процентного налога на доходы от рекламы, и создается впечатление, что эти действия направлены в первую очередь против единственной крупной независимой телевизионной сети страны и могут вызвать ее банкротство.

Если посмотреть по сторонам, то можно увидеть и других политиков, взявших на вооружение основные элементы путинизма. Премьер-министр Турции Реджеп Тайип Эрдоган (Recep Tayyip Erdogan) отошел от своей реформистской повестки дня и заменил ее на другую, более консервативную в социальном плане, исламистскую и в высокой степени националистическую программу. Он также использует умные трюки для того, чтобы держать в подчинении средства массовой информации. Многие европейские крайне правые лидеры — Марин Ле Пен (Marin Le Pen) во Франции, Геерт Вилдерс (Geert Wilders) в Голландии и даже Найджел Фараж (Nigel Farage) в Британии — открыто восхищаются Путиным и той политикой, символом которой он является.

Успех путинизма будет зависеть во многом от успеха Путина и России под его руководством. Если он одержит верх на Украине и превратит ее в немощную страну, выпрашивающую помощь у Москвы, то он будет выглядеть победителем. Но если Украина добьется успеха за пределами российской орбиты, а экономика России будет продолжать слабеть, то Путин, возможно, окажется во главе глобально изолированного сибирского государства, существующего за счет продажи нефти.

Борьба за восточную Украину пока еще не закончилась, но когда президент Украины Петр Порошенко назвал взятие Славянска в конце недели шагом «огромной символической важности», он не преувеличивал. Остальные города и поселки остаются в руках повстанцев, включая город-миллионер Донецк с его пригородами, однако Славянск был главным военным штабом ополченцев. Водружение украинского флага над зданием городской администрации стало решающим успехом властей в Киеве.

В связи с этим возникает вопрос: а где же русские? Если президент Владимир Путин вознамерился восстановить влияние Москвы на Украине, если он был полон решимости сохранить крепкие связи России со своими братьями-славянами, если его конечная цель — это восстановление империи, то почему он не бросился на помощь тем, кто воюет и погибает в Донецке и Славянске?

Почему мы не слышим от НАТО ничего о российских войсках, подошедших на опасно близкое расстояние к восточным границам Украины? Почему в наших информационных бюллетенях нет спутниковых снимков, которые «ясно» показывают, как русские танки входят в украинские города? Почему в последнее время ни Вашингтон, ни Лондон не предостерегают о пагубных последствиях, если Москва вслед за аннексией Крыма оккупирует восточную Украину?

Может, просто потому, что российской агрессии, которую с такой уверенностью предсказывал едва ли не весь западный мир, просто не происходит? А если ее нет, то почему? На это есть очевидный ответ, а есть и менее очевидный. Очевидный ответ состоит в том, что западные санкции против отдельных россиян в сочетании с колебаниями на рынке по поводу деловых связей с Россией возымели свое действие. «Мы» успешно противостояли агрессору и осадили его. На силу мы ответили вполне достаточной угрозой применения силы. Добрая старая стратегия сдерживания и устрашения сделала свое дело, если не считать такую мелочь как Крым. Россия все посчитала, прослезилась и поняла, что идти дальше не может.

Читайте также: События на Украине вынуждают Путина действовать?

Но есть и другое объяснение невмешательства России на востоке Украины, состоящее в том, что общепринятое мнение об агрессивных намерениях Путина на самом деле ошибочно. Эта другая версия событий соответствует фактам последних пяти месяцев точно так же, как и предполагаемое стремление Путина предпринять какие-то действия по причине своей постсоветской ностальгии.

Еще в сентябре 2013 года Путин заявил, что он совершенно не против статуса Украины как независимого и суверенного государства, и даже не против ее постепенного вхождения в ЕС. А в феврале Россия как будто одобрила соглашение, достигнутое в Киеве при посредничестве министров иностранных дел стран ЕС, в соответствии с которым полномочия тогдашнего президента Украины Виктора Януковича планировалось урезать, а потом провести выборы.

Но эта сделка не состоялась — по причинам, о которых горячо спорят все стороны. Запад един во мнении о том, что Путин воспользовался шансом и присоединил Крым на первом этапе своего прыжка по захвату всей Украины, а затем Приднестровья и даже прибалтийских стран. Но есть и другое объяснение, состоящее в следующем. Внезапное бегство Януковича, перспектива разрастания хаоса на Украине и страх перед тем, что Запад воспользуется этой ситуацией для ускоренного включения Украины в свой блок, могли вызвать в Москве определенную панику, которая продиктовала то, что произошло дальше.

Страх это гораздо более сильный движущий мотив для начала действий, чем ностальгия. В тот момент Москва больше всего боялась потерять свою военно-морскую базу и единственный порт в Крыму. Во время разброда и шатаний, которые возникли после свержения Януковича, украинский парламент потряс русскоязычное население своими попытками понизить статус русского языка. Следующим шагом могла стать отмена 25-летней аренды Севастополя.

Вскоре после аннексии Россией Крыма президент Обама сказал, что это признак слабости, а не силы. Об этом очень быстро забыли посреди шквала утверждений о том, будто Россия привела в полную боевую готовность 80-тысячную войсковую группировку, которая вот-вот вторгнется на территорию восточной Украины, причем часть войск будет переброшена из Крыма. Но если за действиями Путина стоят слабость и страх, а не сила и экспансионизм, значит, главное предназначение этих войск не наступление, а оборона. Следовательно, основное намерение не в том, чтобы захватить часть Украины или даже (как утверждали самые утонченные умы) сделать ее неуправляемой, а в том, чтобы укрепить безопасность самой России и не допустить проникновения беззакония через ее границы.

Резкую реакцию России часто объясняют многовековым страхом перед окружением. На протяжении всей холодной войны и после нее этот страх проецируется на НАТО, которую Москва до сих пор считает могущественной, злонамеренной и ужасно эффективной организацией — хотя стесненным в средствах ее членам так абсолютно не кажется. Если на захват Крыма Путина толкнул страх, а не оппортунизм и не сила, то ситуацию не улучшат никакие санкции, никакие воинственные заявления Запада. Из-за них чувство уязвимости у России может только усилиться — как и ее непредсказуемость.

Петербуржец потребовал оградить детей от "пьянства" в церкви

Разработчики Xanadu наконец-то закончили работу, которая началась в 1960 году. Таким образом, программа поставила мировой рекорд по времени создания.

Вице-премьер России Дмитрий Рогозин считает, что все уже просто устали от санкций, которые США продолжают вводить против России. Он недоумевает: неужели американцы не понимают, что санкции "бумерангом" скажутся на них самих?

Экс-губернатора Харьковской области Михаила Добкина вновь вызвали на допрос в Генпрокуратуру, где он пробыл более трех часов. Но новому уголовному производству Добкин проходит как свидетель, и оно никак не связано с мэром Геннадием Кернесом, пояснила адвокат Юлия Плетнева.